01:37 

Знаменитые люди на вечере Альдо Марини

Терри
Солнце инсайд/tassie bears coffee
Элеонор Грин
Писательница из Флориды, Элеонор Грин, приобрела известность благодаря своим ранним произведениям, написанным в мистическом ключе. Это были преимущественно дамские романы с Элементами легенд и с участием разнообразных волшебных существ, которые не смотря на некоторую сказочность, органично вплетались в сюжет повествования. Среди них "Женщина-птица" - роман со средневековым ближневосточным колоритом. И "Апельсиновая принцесса и дракон", получившая одноименную экранизация в середине 20-х в Голливуде.
Еще более раскрученной она стала, когда выпустила первый большой роман "Знамена на ветру", посвященный любви и гражданской войне в ее родной Флориде. Театр Таллахаси даже поставил спектакль на эту тему, который все еще периодически идет во время очередной годовщины окончания Войны Севера и Юга.
Дальнейший поворот творчества Элеонор был совершенно неожиданным. Она написала трехтомную серию фантастических романов о состязании двух великих ученых - Корпускула и Вейва. По окончании ее, не смотря на все просьбы читателей, Элеонор прекращает написание и отдает все права авторам комиксов. В прототипах Корпускула и Вейва многие подозревали Эдисона и Теслу, и их "войну токов", но Элеонор во время интервью, утверждала, что это не совсем так.
После событий в 1941 году, в Перл Харбор, выходит ее рассказ про женщину-авиатора Бетти Стар, поднявший большой шум, и, как подозревают, являющий предысторией большого, серьезного романа. Рассказ вызвал много споров, дискуссий и интервью. И на сей раз затронул сердца, как женской, так и мужской аудитории как в положительном, так и в отрицательном ключе. Фанаты Элеонор праздновали победу, что не смотря на то, что Элеонор перешла к более серьезному жанру, это раскрыло новые грани ее таланта.

Романы Элеонор Грин


"Апельсиновая принцесса и дракон"

Краткое содержание

Первый рассказ Элеонор Грин, принесший ей известность, и в дальнейшем весьма популярный среди женской аудитории. Основан на итальянской сказке, где молодой военачальник по имени Маттео, служивший у одного графа, оказался драконом. Он женился на дочери графа, Джулии, и поселил ее в своем доме, окруженном садом с апельсиновыми деревьями.
Но у военачальника было много завистников, и был один главный, который метил на его место. Он подговорил своих друзей, других рыцарей напасть на Маттео.
И хотя Маттео храбро сражался, используя свои волшебные силы, но прятавшиеся в кустах арбалетчики стали стрелять ему в спину. И он умер от ран на руках любимой жены. А негодяй сказал, что он оставит женщине жизнь, если она выйдет за него замуж. Заодно завистник хотел присвоить себе все богатство дракона, про которое он слышал множество легенд.
Но гордая Джулия отказалась, назвав рыцаря негодяем и убийцей, выхватила из складок платья нож, и вонзила его себе в грудь.
Увидев это, сообщники завистника усовестились, связали его и отвезли на суд к графу. Граф был сломлен смертью дочери и любимого зятя. Он заточил негодяя в темницу, а сам отправился в дом Маттео и Джулии. Он устроил пышные похороны и приказал устроить их могилу в апельсиновой роще, чтобы супруги нашли свой последний приют в месте, которое они так любили.
Когда отец на следующий день пришел к могиле, то обомлел: на ней выросли два сплетенных ветвями апельсиновых дерева. Граф приказал ухаживать за этими деревьями, беречь их, и устроить так, чтобы даже после его смерти всегда был кто-то, кто бы присматривал за ними. Говорят, что эти деревья до сих пор растут на Сицилии, и если пара поклянется друг другу в любви рядом с ними, то их союз будет прочным и долговечным.

предисловие рассказа
Эти сплетенные ветви часто укрывали юных влюбленных от палящего солнца и нескромных взлядов, но сейчас под ними уединились две подруги.
- Представляешь, Августа, Марио сделал мне предложение!
- Все-таки решился! Я уже думала, так и будет ходить и вздыхать, пока не состарится. А ты?
Собеседница Августы тяжело вздохнула.
- Обещала подумать. Если решусь, завтра же придем сюда, чтобы принести вечную клятву верности.
- Да чего тут думать, уже все кроме вас знают, что вы пара.
- Ты не понимаешь... у нас с Марио будет все не так, как у остальных.
- Это как же?
- Навсегда, как у Джулии и Маттео.
- Так это же хорошо!
- Хорошо, только страшно немного.
- Перестань, твой Марио не дракон, его нечего бояться. И охотиться на него тоже некому.
- Ты опять не понимаешь, - девушка замолчала, пытаясь ухватить ускользающую мысль, - если я откажу ему, то проживу обычную жизнь. Как у всех. Муж, дети, сплетни, возможно - измены и скандалы, если повезет - тихая старость и уважение соседей. Ничего особенного, но и с меня никакого спроса. А рядом с Марио я вся дрожу. Мне кажется, что рядом с ним ошибиться - сказать не то слово, засмеяться не вовремя, это как играть на скрипке и сфальшивить. Он так верит в меня, я боюсь его подвести. Может быть, даже лучше будет, если я останусь для него мечтой.
- Фантазерка ты. Вечно на пустом месте придумываешь.

Кусты шевельнулись и раздался придушенный шепот:
- Ну вот, я же говорил! А ты заладил - "Не любит, не любит!"



"Корпускул и Вейв"

Краткое содержание и заметки критики

Сюжет первой книги трилогии начинается с приезда Вэйва в Америку. Это всеми уважаемый немолодой профессор из Европы, аристократ с утонченными манерами, который большую часть времени проводил в своем замке в Восточной Европе, в стране под названием Форестлэнд, в полном уединении. О нем ходят самые мистические слухи.
В Америке он берет к себе на работу Корпускула, талантливого инженера-самоучку, готового взяться за любую работу.
Во время работы Корпускул начинает подозревать, что Вэйв не просто талантливый ученый, он знает и умеет намного больше, чем показывает, и если он захочет применить на практике все свои гениальные открытия, то сможет дать работу множеству людей, остановить великую депрессию и открыть новое фундаментальное направление в науке. Корпускул пытается говорить об этом с Вэйвом, но Вэйв держится очень высокомерно, и Корпускул, вспылив и поругавшись с ним, уходит.

Во второй книге Корпускул бедствует, не может найти работу, голодает, но из гордости не возвращается к Вэйву. Несмотря на опыт и талант, он из-за безденежья не доучился, а специалист без диплома никому не нужен. Совсем отчаявшись, идет работать в бродячий цирк, помогает с оборудованием для сложных цирковых номеров. Ожесточается, пьет. Подружившись с цирковым дрессировщиком, Корпускул предлагает ему использовать электричество для более быстрого обучения животных, когда бедные зверушки ошибаются, их начинают бить током. Тем временем профессор Вэйв продолжает работу, но нанимает частных детективов, чтобы найти пропавшего Корпускула - тот ушел, хлопнув дверью и не оставив никаких координат. Когда находит, то приходит в ужас, теперь это совершенно другой человек. После тяжелого разговора Вэйв внезапно сворачивает свои проекты и уезжает из Америки, а цирк попадает в зону огромного смерча, который уносит и разбрасывает большую часть оборудования Корпускула.

В третьей книге Корпускул, уже законченный мерзавец, приезжает в Европу, чтобы найти лабораторию Вэйва и выкрасть из нее секреты и некоторые технологии. Сначала ему не удается даже приблизиться - замок Лайтнгхилл стоит в горах и хорошо охраняется, но ему удается настроить против Вэйва местных крестьян. В Форестлэнде неспокойно, все большую популярность приобретают идеи коммунистов, говорят о грядущем перевороте. Корпускул подговаривает крестьян на бунт и вместе с ними пробирается в замок по секретному подземному ходу, известному только местным. В результате лаборатория разгромлена, а Корпускул получает не только разработки и технологии, но и суперменские способности.

На этом трилогия заканчивается, и автор, несмотря на просьбы читателей, отказывается писать продолжение и продает все права производителям комиксов. Однако, через некоторое время под никому неизвестным псевдонимом выходит рассказ, в котором действуют те же персонажи и утверждается, что Корпускул и Вэйв - один и тот же человек. Вэйв - это постаревший и поумневший Корпускул, который изобрел машину времени и вернулся во времена своей молодости, чтобы помочь молодому себе. Он думал, что если вместо тяжелой и голодной молодости получит сразу все возможности и признание, то сможет добиться еще большего, но забыл, каким вспыльчивым и упрямым он был много лет назад и не подумал, что быстрый успех и уверенность в собственных силах могут не только помочь, но и испортить.

Критика:

"Популярный писатель оперирует чувствами, не беспокоясь об интеллектуальном содержании, которое мудро оставляет литературной аристократии. Зато он как дома, когда пишет о насилии, нищете, сексе. Он немного не в ладу с грамматикой, но это только придает его диалогам остроту. Шагом вперед для популярной литературы был отказ от сюжета, стоивший и авторам, и читателям определенного психологического усилия… Теперь даже на телевидении и в дешевых журналах сюжетом жертвуют во имя настроения. Мастера делали это еще в двадцатые годы. В наше время единственным пристанищем сюжета остался детектив."





Корпускул и Вейв. Отрывок. Окончание второй книги
У костра было светло, но Вэйв не сразу узнал в этом человеке Корпускула - мутный взгляд, одутловатое лицо, брезгливо выпяченная нижняя губа... Корпускул не очень изменился, но новые мелкие черточки парадоксальным образом делали его неузнаваемым. Он был пьян и держал в объятиях такую же нетрезвую девицу в клоунском гриме.
Зато Корпускул Вэйва сразу узнал.
- Здорово, профессор. Присаживайся. Крокодилятинки не хочешь? Мы на твоем магнетроне крокодила зажарили. Он все равно бы сдох.
Вэйв брезгливо поморщился.
- Нам нужно серьезно поговорить.
- Так говори. Или ты не хочешь говорить при них? Моим друзьям не доверяешь?
- Корпускул, перестаньте кривляться.
- Как перестать? Мы же в цирке. Здесь все радуются и шутят, развлекают почтеннейшую публику.
- Вы не развлекаете публику, вы издеваетесь над животными.
- Ах, ему живооотных жалко! А как насчет людей? А, профессор? Видели, что на дорогах твориться? Крестьян согнали с земли, они тысячами идут во Флориду искать работу. Как думаете, сколько из них дойдут? А сколько подохнут там, без денег и работы, как скоты? Во Флориде гниют апельсины, их некому покупать, но владельцы не снижают цены. Экономика сбесилась, как собака, сорвавшаяся с привязи.
- Я не могу изменить ход истории.
- Ты можешь! Ты все можешь! Ты думал, я не смогу расшифровать твои записи, но я тоже кое-что могу! И в отличие от тебя все, что могу - я делаю.
- Но почему так? - Вэйв обвел взглядом грязный задний двор цирка и в его глазах появилсь растерянность, - Ты еще можешь вернуться и мы вместе подумаем, что можно сделать.
- Индюк думал, да в суп попал! Отправляйся обратно в свой Форестлэнд, чертов теоретик, и сиди там в замке из слоновой кости, а мы уж как-нибудь без тебя. Да, Сэнди?
Сэнди визгливо захохотала.
- Хорошо. Я уйду.
***
- Не расстраивайтесь, бывают такие люди. С виду нормальный, а внутри как дерьмо жидкое плещется. Чуть-чуть надавить, и полезет наружу. Но пока не надавишь на такого, и не узнашь.
- Но я знал его родителей, я знал его как... как себя.
- Может, и знали раньше, а теперь не знаете. Люди меняются. Поверьте мне, я много в жизни повидал, это дрянь-человек, он не стоит ваших усилий.
***
Сэнди поправляла клоунский грим перед осколком зеркала. Краска опять размазалась и стал виден шрам, пересекающий половину лица.
- Как душно здесь... на небе ни облачка, а жарко и душно, как будто гроза начинается.
- Нет, Сэнди, - Корпускул сплюнул окурок и сжал кулаки, - начинается война. Я объявил ему войну.

Интервью с Элеонор Грин

- В своих книгах вы достаточно вольно обращаетесь с законами жанра - ваш первый рассказ, так запомнившийся читательницам, заканчивается не хэппи-эндом, а смертью главных героев. Вы не боитесь так смело экспериментировать?

- Большинство писателей очень зависимы. От издателей, критиков, вкуса читателей. Я же не боюсь потерять кусок хлеба - я обеспечена и у меня надежный тыл. Я знаю, что даже если новый роман не будет оценен читающей публикой, меня поддержат самые важные для меня люди - муж, родители, близкие друзья. Для них я в первую очередь и пишу.

- Ваш отец долгие годы был издателем газеты. Как он отнесся к тому, что дочь решила стать писательницей?

- Сначала снисходительно, как к дамскому капризу. Но теперь он гордится мною.

- Ваш роман "Знамена на ветру" до сих пор остается предметом острых дискуссий. Знатоки истории выискивают в нем расхождения и неточности, спорят. Как вы к этому относитесь?

- Не будучи историком, я смогла достаточно глубоко изучить материал во время работы над романом - ведь действие происходит в нашем городе, где память о событиях еще жива.

- Наверное, тяжело было переосмысливать такое наследие - ведь ваш муж - потомственный плантатор, а роман проникнут ненавистью к рабовладению.

- В семье моего мужа никогда не держали рабов.

- Но позвольте, во времена гражданской войны...

- И тогда, и раньше тоже.

- Вы говорите удивительные вещи.

- Тем не менее, это правда. У нас были только наемные работники.

- Давайте отойдем от этой темы. Скажите, вы показываете свои книги кому-нибудь до публикации?

- Да, некоторые сюжеты мы подолгу обсуждаем. С одной подругой я переписываюсь много лет, недавно мы виделись на встрече выпускниц. Кстати, она - прототип Августы из "Апельсиновой принцессы".

- А как вы относитесь к необоснованной критике? Вас уже успели обвинить в дешевом эпатаже, дурновкусии, жертвовании сюжетом в пользу эмоций. Критики сетуют, что другие писатели стали следовать вашему примеру и из популярных жанров только детектив оставил четкую структуру и стройность повествования.

- Из каждой такой статьи я стараюсь делать выводы на будущее. Правда, некоторые из них могут не понравиться критикам.

- И последний вопрос, традиционный. Ваши творческие планы.

- Написать эмоциональный бессюжетный детектив, где главным убийцей будет литературный критик.


запись создана: 09.11.2012 в 14:54

@темы: персонажи, мифология и фольклор, мироустройство, литература, культура, значимые фигуры, США

   

Четыре короля

главная